Чукоккала и около Елена

У нас вы можете скачать книгу Чукоккала и около Елена в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Лауреат премии Александра Солженицына. После развода c отцом Елены Лидия Чуковская вышла замуж за Матвея Бронштейна , советского физика-теоретика, который в году был арестован, а затем расстрелян. Из-за угрозы ареста мать Елены была вынуждена покинуть Ленинград. После войны, в году, поступила в Московский государственный университет на химический факультет. Корней Чуковский так написал об этом в своём дневнике:.

В году Елена Чуковская окончила университет. Проработала до года в НИИ элементоорганических соединений , защитив в году диссертацию на соискание учёной степени кандидата химических наук под руководством Р. Елена Чуковская постоянно оказывала помощь А. Во многом благодаря усилиям внучки дом-музей Корнея Чуковского в Переделкине продолжает работать. Первыми экскурсоводами в нём были она и Клара Израилевна Лозовская, секретарь писателя. После смерти матери в году стала работать вместе с Ж.

Среди публикаций Елены Чуковской, печатавшейся с года, наиболее известны следующие: До последнего времени Елена Чуковская продолжала заниматься подготовкой к публикации рукописей своих матери и деда [5] [6]. Частью её вклада являются многочисленные комментарии и статьи, посвящённые творчеству родственников.

Знакомство состоялось, но оно было формальным, Александр Исаевич жил в Рязани, приезжал пару раз. А потом он приехал после конфискации архива, с чемоданчиком, в очень тяжелом состоянии, потому что опасался ареста: И он около месяца прожил в Переделкине.

Потом он бывал у нас постоянно и после смерти Корнея Ивановича, в последний год перед высылкой жил в Переделкине. Их отношения были, конечно, чисто литературными — все-таки они были людьми разных поколений, и Корнею Ивановичу было уже много лет, он отчасти ограждал себя от каких-то тяжелых впечатлений. У нее эти тетради не хранились дома, для того чтобы ей что-то сделать, надо было их принести-унести, плюс она составляла конспекты, потом их теряла, и, в общем, она с трудом закончила три тома записок об Ахматовой.

Она сама пишет, что дневник надо раз в сто сокращать, отбирать, и я старалась идти вслед за ее пожеланиями. Я очень расширила эти выборки, и в таком расширенном виде это публикуется впервые. Например, записей о Солженицыне раза в два больше, чем раньше. Отрывки из дневника о Пастернаке, Бродском тоже сильно дополнены. Рядом жили Копелевы, мама очень дружила с Вигдоровой, и после суда они чуть ли не каждый день встречались, совещались, писали какие-то письма, ходили по инстанциям, снаряжали ему в Коношу посылки: В конце концов они взяли Бродского на поруки, Корней Иванович писал в суд… Это была многолетняя история с переменным успехом, но первая большая общественная битва, которая кончилась победой общественности, и Бродского отпустили.

Основную роль сыграла, конечно, Фрида Вигдорова, которая записала суд, и очень многие ленинградцы — Грудинина, Эткинд, Гордин. Когда Бродского отпустили и он приехал в Переделкино, читал стихи, Корней Иванович не увлекся его стихами, как-то не так их принял. Корней Иванович хлопотал, потому что считал, что Бродского надо освобождать, но никакой личной связи, в отличие от Вигдоровой или Лидии Корнеевны, которые с ним общались, у него не было.

Для Корнея Ивановича это была несправедливость, которую он помогал преодолеть. Он сам прошел очень трудный путь и прекрасно понимал, как это важно — протянуть соломинку в тяжелый момент. Особенно он заботился о литературных талантах. И с Зощенко было то же самое. А Зощенко сказал, что не может согласиться с тем, чтобы его называли подлецом. И после этого началась новая травля, и это его уже утопило. Корней Иванович подробно описывает в дневнике, как это происходило, как Зощенко уже не мог войти в рамки нормальной жизни.

Известно, как он помогал Валентину Берестову в Ташкенте — талантливому тринадцатилетнему мальчику… Эта помощь была частью его жизни. У него была прицеплена к шкафу железная рука, в которой постоянно висели разные бумаги, по которым он звонил, писал, куда-то ездил… Хотя он никогда никаких постов не занимал, просто был человеком известным и очень артистичным он ездил с просьбами, не любил обращаться по телефону, считал, что лучше уговорить, побудить, охватить.

И ему удавались простые вещи, и непростые тоже. Например, за мамину подругу Александру Любарскую он ездил хлопотать к Вышинскому, и ее, обвиненную как японскую шпионку, освободили.

Он очень смешно пишет, как чуть не зарыдал на плече у Вышинского… Он же хлопотал о моем расстрелянном отчиме, но ничего нельзя было сделать — его уже не было в живых. Он обладал умением пройти в нужные кабинеты, и очень этим пользовался. Например, моя любимая история про него — как какая-то дама рассказывала, что ей было очень скучно ехать на поезде из Ленинграда в Москву, и Корней Иванович был этим возмущен, говоря, что если бы он ехал на поезде, он бы перезнакомился со всеми пассажирами в своем купе, вагоне, поезде, сходил бы к машинисту, кочегару и кондуктору в придачу….

Как ни странно, мне трудно рассказывать про него истории, потому что это была повседневная часть жизни. Например, он никогда не гулял один.

Posted In Учебник